Барвиха, Рублево-Успенское шоссе, Подушкинское шоссе — топонимы, окутанные ореолом таинственности, загадочности, имеющие при своем упоминании привкус запретности, а значит, притягательности. Еще со времен царя Алексея Михайловича запад нынешнего Подмосковья заселялся элитой, приближенной к царскому престолу — Одоевские, Милославские… Уже Алексей Михайлович выпустил указ о запрещении дымных промыслов и кострищ в этих местах, дабы не портить воздух. Забота об экологии, или о комфортном существовании своих фаворитов?
Наше обращение к этим местам неслучайно. Мы хотим сегодня приподнять завесу тайны и рассказать вам о чрезвычайно секретном объекте времен Советского Союза — клиническом санатории «Барвиха».
Сделаем мы это не стандартно, а через призму открывшегося в стенах санатория в марте этого года музея. Открытие музея было приурочено к 75-летнему юбилею Барвихинского санатория — этой, на всем протяжении своего существования, кузницы здоровья первых лиц нашего государства.
Осуществление идеи создания музея было невозможно до поры до времени, пока санаторий был строго режимным учреждением. А ведь история санатория — это, по сути, история нашей страны, поскольку создан он был для обслуживания членов правительства, высших должностных лиц государства, выдающихся деятелей науки, искусства, литературы. Легче перечислить имена тех, кого здесь не было.
Нашим гидом в виртуальном путешествии по музею будет его основатель и директор — Александр БУКАРЕВ, которого можно смело назвать местным краеведом.
Александр Иванович родился в Одинцово, то есть коренной одинцовец, а в 14 лет с родителями переехал в Барвиху. В санатории работает с 1966 года. 17 лет был заместителем директора. В 2008 году сдал дела и ушел на заслуженный отдых, но это формально. Александр Иванович одновременно еще и Председатель Совета ветеранов сельского поселения Барвиха, и руководитель Клуба ветеранов спорта в Барвихе, и руководит детским туризмом в своем поселении.
«Я лыжник, гонщик, ездил и на велосипеде, начинал с велотуризма с детьми, потом перешел на пеший туризм. Идея создания музея возникла лет 10 назад, — рассказал Букарев. — По жизни я собиратель, любопытный человек. В процессе работы с детьми в нашем Одинцовском детском экологическом центре туризма при Управлении образования я много собирал материалов о районе, санатории, Барвихинской церкви. Поэтому я не люблю голословных слухов, а доверяю только тому, что сам увидел или прочитал в исторических документах.
На территории санатория было когда-то городище, но сейчас оно застроено. Сохранилось городище в Барвихе на берегу пруда, здесь активно работали археологи. Долина реки Самынки, вообще, отличается богатством археологических памятников. На основании данных археологов, начиная с ЗАБЕЛИНА еще в XIX веке, до ВЕКСЛЕРА, который сейчас является главным архитектором Москвы, можно считать это место столицей нашей Родины. Здесь был такой «затишочек» с очень плотным населением, которое даже татаро-монгольское иго обошло стороной. Такое скрытное расположение, по-видимому, тоже привлекало сюда русскую знать».
Мы начали с небольшого вступления, в какой-то мере, объясняющего привлекательность этого места для «сильных мира сего». Теперь о самом музее и санатории, поскольку музей создан на его базе.
В начале 20-х годов, когда ЛЕНИН был в добром здравии, он часто выезжал с Надеждой Константиновной, Марией Ильиничной и своим водителем на берег Москвы-реки в район Раздор, Барвихи, Ильинского. Он любил здесь отдыхать, с барвихинского берега можно было смотреть на пойму и музей-усадьбу Архангельское. Ленину эти места нравились, и он как-то высказал мысль о том, что неплохо бы построить парочку санаториев в ближнем Подмосковье для руководящих работников — для их оздоровления и лечения.
К 1928 году эта мысль начала обретать реальные очертания. На нашем стенде копия постановления Московского Совета рабоче-крестьянских депутатов от 5 августа 1930 года. В нем есть ссылка на первое постановление по этому вопросу от 05.10.1928 г., которое не сохранилось.
В 1930 году вышло постановление о выделении земельного участка площадью 300 га в районе Барвихи и передаче усадьбы Мейендорф вместе со строениями и землей (чуть более 1 га) для организации санатория «по обмену веществ». Вот так странно звучало название санатория в постановлении. У крестьян земля изымалась, и им должны были предоставить землю в другом месте.
Была определена вся природно-охранная методика заселения обозначенного места: и очистные сооружения, и водоочистка в том числе. Уже тогда думали об охране природы и одновременно, чтобы все необходимое было здесь обеспечено. Таким образом, идея Ленина была претворена в жизнь уже после его смерти.
В 1930 году сюда прибывают первые организаторы стройки: прораб, завскладом, комендант. Автором проекта стал архитектор Борис Иванович ИОФАН (автор Дома на набережной). Есть макет.
Рабочих привозили из Калужской, Тамбовской, Смоленской областей. Похоже, что существовал документ, по которому имелось право вербовать строителей. В основном, это были землекопы, работники ручного труда. Параллельно с санаторием они позже построили барачный поселок для себя, который благополучно и стал поселком Барвиха. Первые деревянные бараки были построены в 1934 году — 5 двухэтажных деревянных домов. В них по сей день живут люди, хотя дома в аварийном состоянии, картина безрадостная.
Вернемся к санаторию: были построены артезианские скважины, то есть организовано независимое водоснабжение, котельная на угле, электроснабжение провели от Рублево. Медицинское оборудование на тот момент было самое современное.
В 1934 году издается Постановление о создании правительственной комиссии по приемке санатория. Само постановление мы нашли, а акт о приемке нет. Поэтому дату начала работы санатория вычисляли эмпирическим путем: по воспоминаниям сотрудников, по медицинской литературе, в итоге высчитали, что это март 1935 года. В таком виде санаторий просуществовал до наших дней, пережив два временных закрытия (в Великую Отечественную войну и на реконструкцию в 1965-67 годах).
Комментариев нет:
Отправить комментарий